А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  

Щелоков Александр

Босиком по горячим углям


 

Здесь находится бесплатная электронная книга Босиком по горячим углям автора, которого зовут Щелоков Александр. В электронной библиотеке gorodgid.ru можно скачать бесплатно книгу Босиком по горячим углям в форматах RTF, TXT и FB2 или читать онлайн книгу Щелоков Александр - Босиком по горячим углям.

Размер архива с книгой Босиком по горячим углям = 98.79 KB

Босиком по горячим углям - Щелоков Александр => скачать бесплатно электронную книгу



OCR Pirat
«Литературно-художественный журнал приключений и фантастики СОКОЛ N 2(7)»: Военно-патриотическое литературное объединение «Отечество»; 1993
Александр Щелоков
Босиком по горячим углям
1
В одном из кабинетов Бешарыкского областного управления внутренних дел прозвенел телефон. Сотрудник уголовного розыска капитан Таштемир Иргашев снял трубку. Телефон пророкотал голосом начальника отдела майора Бакалова:
— Иргашев? Зайдите ко мне. Да, захватите дело об ограблении гражданина Саппарова.
Иргашев встал, подошел к железному шкафу, в котором хранились бумаги. Все еще недоумевая — этим ли заниматься лично начальнику! — взял тоненькую папочку с делом, не стоившим выеденного яйца, и двинулся к майору.
Бакалов — среднего роста широкоплечий крепыш, с лицом, прокаленным азиатским солнцем до цвета зрелого каштана, с коротко остриженными черными волосами и красивыми посеребренными висками — встретил капитана у дверей. Пожал руку, резко сдавив ее, словно проверял на крепость мускулы. И тут же повернул ключ, вставленный в дверь изнутри. Было в этом нечто необычное, заставившее Иргашева насторожиться.
— Проходи, — предложил майор, пропуская капитана вперед. Взял у него принесенное дело, небрежно швырнул его на стопку таких же папок, лежавших на краю стола. Перехватив взгляд Иргашева, пояснил: — Я сегодня уже пятерых вызываю с бумагами, хотя нужен мне ты один.
— Так сразу бы меня и вызывали, — не скрыл удивления капитан.
— Нет, Иргашев, тебя я сразу вызвать не мог. Сейчас все объясню, потерпи немного. Давай садись… Что пить будешь? Пепси-кола?
— Спасибо, — отказался Иргашев. — Днем я воду не пью.
— Тогда, как положено, чай?
Бакалов вынул из лежавшей перед ним папки лист, протянул Иргашеву:
— Читай.
Тот, держа бумагу на весу, быстро пробежал ее глазами. Удивленно вскинул брови:
— Не фальшивка?
— Нет.
— Потрясающе!
— Как считаешь, что с этим делать?
— Странный вопрос, Николай Александрович. Будто сами не знаете. Подлинник — прокурору республики, копию — министру внутренних дел.
— Почему именно так?
— Потому что существует закон.
— Русские, Таштемир, иногда говорят: закон зацепился за кол. Это тот самый случай.
Капитан взглянул на начальника с удивлением: педант и уставник, тот никогда не обращался к подчиненным по имени.
Майор вынул из своей папки большую фотографию.
— Смотри. Здесь те, кому ты предлагаешь послать бумагу, и те, кто в ней фигурирует.
Таштемир с удивлением разглядывал блестевший глянцем отпечаток: веселая компания удобно расположилась на коврах, раскинутых на берегу быстрой реки. Объектив схватил и ветви тенистых деревьев, шатром свисавших над участками пикника, и богатую снедь, приготовленную для пира щедрой рукой хозяев, и довольные лица мужчин.
Майор встал со своего места и, тыкая карандашом, стал показывать:
— Это прокурор… Это министр… А это распорядительный директор малого предприятия Нурахмед Камалов, он же вор в законе Ургимчак — Паук…
— Так что же делать? — спросил Таштемир растерянно.
Майор усмехнулся:
— Когда я задал этот вопрос тебе, ты удивился. Теперь спрашиваешь сам.
— Что с меня взять? — покаялся Таштемир. — Перед вами провинциальный сыщик, прямой и честный, а здесь какая-то хитрая политика. По виду преступная, а не подступишься…
— Подступиться можно. — сказал майор. — Если за дело возьмется кто-то молодой, энергичный и… Как это ты сказал? Прямой, честный. Ко всему — отчаянно смелый.
Говоря это, он прошел в соседнюю комнату, вернулся оттуда с двумя пиалами и чайником. Налил в обе, подал одну Иргашеву:
— Освежись.
Таштемир взял фарфоровую чашечку, разрисованную синими коробочками созревшего хлопка, ритуально коснулся губами золотистого напитка и поставил пиалу на место.
— Насколько я догадываюсь, Николай Александрович, вы хотите мне поручить какое-то дело?
— Ты всегда отличался проницательностью, Таштемир, — сказал Бакалов и грустно улыбнулся одними глазами. — А вот формулируешь не всегда точно. Я не хочу тебе ничего поручать, просто собрался просить о помощи в одном деле. Гак будет точнее.
— Разве суть в словах?
— Сейчас именно в них. Дело это такое, что взвалить его на себя человек может только по доброй воле.
— Рассказывайте.
— На долгий разговор у нас нет времени, — сказал Бакалов и бросил быстрый взгляд на часы. — Постараюсь изложить кратко… Итак, у меня собраны неопровержимые доказательства существования широко разветвленной преступной системы. Она охватывает властные структуры государства, напрямую связывает их с наркобизнесом, с валютными махинациями. Областная организация — всего лишь звено этой системы, которая проросла в двух местах и тесно связана с Центром.
Таштемир испытующе поглядел на Бакалова.
— Мафия?
— Нет, похуже. Слово «мафия» здесь можно употребить только для маскировки истинного размаха организации. То, что может произойти у нас, подлинной мафии только снится.
— Вы меня пугаете, Николай Александрович. На что же они замахнулись?
— На право управлять экономикой. До последней нитки обокрасть народ.
— Не понял, — сказал Таштемир и взял в руки пиалу: пересохшие губы плохо его слушались.
— Все просто, как дважды два. Собственность у нас в стране все время была государственной. Плохой ли, хорошей, но не твоей и не моей, хотя, по существу, создавалась на деньги наших дедов и отцов. И мы в нее что-то вложили. Теперь, как знаешь, собственность приватизируют. Подходит делец к государственной пекарне и говорит: мое! Увидел магазин: тоже мое! Еще вчера такое бы назвали воровством. Сегодня объявляется полезной инициативой. Ладно, если приватизируют парикмахерскую, это не страшно. Хрен с ней. Там всего добра, что два кресла, машинки для стрижки, помазки… Но ведь загребущие руки уже тянутся к заводам, на строительство которых с народа содрали денег больше, чем он все эти годы потратил на себя. Скоро и ВАЗ и ЗИЛ попадут в чьи-то лапы. А может, они окажутся лапами Ургимчака?
— Какая разница в чьих? — сказал Таштемир убито. — Принцип капитализации именно таков.
— Позволь! — вскипел Бакалов. — В любой крупной капиталистической стране с Ургимчака потребовали бы декларацию доходов. Там надо еще доказать, что деньги у тебя чистые. У нас такой практики не заведено, и получается, что грязные деньги, приобретенные воровством, наркобизнесом, валютными махинациями, теперь предстанут в виде промышленного капитала, а воры превратятся в хозяев общества. Те же, кто верит заклинаниям политиков, вновь окажутся в дураках.
— Не думаю, что это так просто, — возразил Таштемир. — У нас, худо-бедно, существует власть. Президенты, парламенты, Советы…
— Ты недооцениваешь их организации, — вздохнул Бакалов сокрушенно. — Она начнет с того, что сделает власть послушной себе. Одних купит, других уберет, третьих раздавит.
— Эта шарага? — спросил Таштемир презрительно.
Бакалов ответил не сразу. Он взял свою пиалу, отхлебнул с наслаждением. Предложил Таштемиру:
— Ты пей, пей еще. Чай прочищает мозги. Вот так… А теперь слушай. Мне не нравится твое легкомыслие. Шарага. Ты просто до конца не понимаешь происходящее. Может, сегодня действительно это еще шарага. Но даже зародыш скорпиона — уже скорпион. Когда шарага станет властью, кулаками махать будет поздно. Шарагой, неспособной защищаться, окажется…
— Милиция?
— Куда хуже — народ. Страна! Наши уважаемые архитекторы перестройки убегут за границу с супругами и гонорарами, а мы останемся один на один с тем, что сегодня боимся назвать своим именем.
— Вы, Николай Александрович, говорите «они», «они»… А кто конкретно? Оставляете за рамками разговора. Мне не совсем понятно, что вас так пугает? Разве впервой приходится иметь дело с блатотой, которая собирает общак на свои тайные цели и нужды?
— Должно быть, не могу одолеть страх, когда вижу, с кем придется иметь дело.
— Вы уже имеете с этим дело и разматываете его. Значит, есть продуманные ходы, и не так уж вы и боитесь, как я погляжу.
— Спасибо за моральную поддержку, — невесело усмехнулся Бакалов, — Но ты лучше скажи, как станешь чувствовать себя, если известный тебе Собир Караханов вдруг станет президентом республики?
— Не станет. Он пока на свободе только потому, что до сих пор не попался. По нему давно тюрьма плачет. За него ни один человек в здравом уме голосовать не будет.
— Насчет здравого ума ты точно заметил. Помнишь свалку в Ташхоне, которую потом в прессе назвали «незначительным межнациональным конфликтом»? Ну, так куда тогда подевался у людей здравый ум? И кто стоял за всем этим бардаком? Кто все организовал и подтолкнул?
— Насколько я знаю, — неуверенно пожал плечами Иргашев, — это осталось невыясненным.
— Вот видишь! А за всем стоял Караханов. Знаешь, как его зовут соратники?
— Хотите сказать — собутыльники?
— И эти тоже. Они именуют его Эмиром. Да, это он организовал погром в Ташхоне, хотя ты прав: ни следствие, ни партийное расследование к такому выводу не пришло. Ты знаешь, во сколько оценивается Эмир по нашим данным? В пять-шесть миллионов!
— И все равно ему в президенты не выскочить.
— Он уже выскочил в областной Совет. Это ему обошлось в полмиллиона. Причем, Таштемир, примерно половину в фонд Эмира внес вор в законе — Ургпмчак. Деньги были переданы Караханову из рук в руки при надежных свидетелях.
— Республика — не область.
— Верно. Потому и затраты потребуются миллионов в двадцать. Кого-то подпоить, кого-то испугать, а то и убрать с доски, если станет дергаться. Сколько случаев избиения по выборным мотивам зарегистрировано в области? То-то. Теперь экстраполируй на республику. Избиратель приходит к урне сам по себе и имеет один-единственный голос. А те, о ком я говорю, мощно организованы. Это не коммунисты, которые перепугались и боятся поднять голову. Потом, Караханов умнее всех этих Лигачевых и Полозковых. Он сам не полезет в президенты. Деньги умеют двигать руками наемников. Возьми такую фигуру, как профессор Саидходжаев. Восходящая наша звезда. Доктор марксистской философии, исламский богослов, тридцать лет был коммунистом, а теперь — беспартийный. Чем не доморощенный Ельцин!
— Он что, тоже с ними?
Бакалов помрачнел и угрюмо сверкнул глазами.
— Будет время, ты просмотришь материалы и откроешь рот. Там такие фигуры, брат, на которые до сих пор мы смотрим снизу вверх и придерживаем фуражки, чтобы не свалились.
— Одного не пойму, Николай Александрович, зачем вам искать исполнителя? Вы бы сами это дело…
— Мне, Таштемир, из этого здания уже не выбраться. За мной постоянно следят. Если быть точнее, я на мушке. Был бы моложе — ушел бы, но у меня семья, Таштемир. Пятеро детей. Ты знаешь, я азиат, как и ты. Своих мне удалось отправить в Россию, но, если скроюсь, их достанут без труда.
— Почему же они с вами не расправились сразу?
— Потому что, во-первых, я не лыком шит. Во-вторых, мне дали срок. Сегодня до пяти вечера я должен позвонить Эмиру и сказать «да». Это означает, что они получают все документы следствия, все материалы, а я — сто тысяч и сижу в говне по уши без возможности отмыться.
— Скажите «да», и черт с ними!
— Ты думаешь, сто тысяч — гарантия, что меня не пристукнут? Они это сделают при первой возможности. Через неделю, через две…
— Николай Александрович, скажите честно, почему вы решили обратиться именно ко мне? Мы работали рядом, но тепла между нами не было. Я не приучен лезть на глаза начальству, а вы были моим начальником. У меня случались проколы, мне от вас попадало. Говорю это не в упрек, это все нормально… И вот вдруг вы обращаетесь ко мне.
— Значит, честно? Тогда начну с главного. Ты самая незаметная фигура в этой ситуации. Близким ко мне тебя никогда не считали. В то же время ты не замазан взятками. Значит, предельно честный человек… Если скажешь «да», я уверен — сделаешь.
— Признаюсь, все это странно звучит, — пожал плечами Таштемир.
— Нисколько. Все сводится к двум аргументам. Тебе можно доверить дело. Это раз. — Бакалов загнул большой палец. — То, что ты не на виду, дает возможность тихо уйти и довести дело до ума. — Он загнул все остальные пальцы и сжал ладонь в кулак. — Это два.
— Аргументы не безупречные, но кулак убеждает.
— Я именно на него и рассчитывал, — сказал Бакалов и грустно улыбнулся.
— Только пойми, Тагатемир, я не собираюсь делать из тебя слепое орудие своих заблуждений или амбиций. У тебя остается выбор. Решай сам — стать тебе курьером или тихо отойти в сторону. Сейчас не то время, когда ты должен подчиниться мне, бросить копыто под козырек и выполнять, что приказано.
— Вы сомневаетесь во мне, Николай Александрович?
— В себе, дорогой. Прежде всего, в себе. Потому имею право сохранить свободу решения для тебя.
— Вы знаете, что я отвечу.
— Ты действуешь по инерции. Пойми, если скажешь «да», то отступать будет поздно.
— Считаете, это опасно?
— И да и нет. Для меня однозначно — да. Для тебя — нет. Ты — почтальон. Человек при пакете. Напрямую тебя не возьмут. Косвенно надавить у них нет возможности. Семьи не имеешь. Значит, с этой стороны неуязвим. До Москвы — самолетом, назад, как говорят, на коне… А я для них представляю постоянную опасность. Ты помнишь, что произошло с Алимжаном Тураевым? Помнишь, но сам не видел. Это твое счастье. Ты был в отпуске. А я приехал к месту происшествия первым. Его сбил самосвал… Он был моим товарищем. Он первым вышел на след организации, начал копать и на чем-то прокололся. Правда, они не знали, кто за ним стоит. Тем более что милиция официально дела не вела. Больше того, сделали намек всем, кто мог быть в курсе его дел, чтобы не высовывались. И заметь, Таштемир, никто сверху от нас не потребовал — кровь из носа, но найдите виновных! Все ограничилось административным расследованием. Тураев, мол, был пьян, сам виноват и всякая такая чепуха. Я довел его расследование до конца, Таштемир. У меня теперь документы и материалы. Сто метров звуко-видеопленки. Нет одного — сил и возможности доставить все это в Москву.
— Один вопрос, Николай Александрович. Это точно криминальная организация? Или все в рамках закона?
— Правильный вопрос, Таштемир. Говорят, каждый из нас способен спросить академика о таком, чего он не знает.
— Я понял. Только это формулируют проще: один дурак своими вопросами может поставить в тупик всех умников сразу.
— Ты огрубляешь, но смысл уловил. Твой вопрос не имеет однозначного ответа. Пока. Завтра такой ответ будет.
— Не понял, Николай Александрович.
— Идет война, Таштемир, а у нее свои законы. Поэтому выбрось из головы, что мы с тобой представители государства, слуги правопорядка. Такое нынче горбачевское время, что государство раздрызгано правителями, а законы стали никчемными бумажками. Сегодня все решает сила. А она у тех, у кого много денег. И эти деньги восстали против системы, которая делала чиновников никем, как только их выталкивали из руководящих кресел. Теперь они хотят всегда и везде сохранять свой вес и место, потому как туго набили свои кошельки. И вот за это право идет борьба.
Таштемир поставил пиалу на стол.
— Тогда я говорю «да», Николай Александрович. Я эту сволочь ненавижу.
— Что я могу ответить? Выбор ты сделал сам. Теперь имей в виду, что на тебя окажут моральное давление. На жесткие меры они вряд ли решатся. За тобой родичи, клан. Много друзей. Обойтись с тобой жестоко — для них опасно. А вот грязи на тебя вылить они сумеют.
— Но вы-то со мной?
— Ненадолго. Они мою судьбу уже предрешили. Для меня сейчас главное — продержаться как можно дольше. Надо отвести от тебя подозрения и дать возможность уйти подальше.
— Я думаю, вы драматизируете ситуацию, Николай Александрович. Увидите, я обернусь в два счета. Побываю в Москве, и мы посмеемся еще над вашими страхами. Брать банду в кишлаке Абхора было куда опаснее для нас обоих.
— Твоими бы устами да мед пить.
— Неужели все так плохо? — Впервые за время этого разговора холодок опасности коснулся сердца Иргашева, заставив его биться чаще. — Что они могут вам сделать?
Бакалов долго молчал, потом укоризненно сказал:
— Ты все еще не до конца прочувствовал ситуацию, Таштемир. Меня убьют. Причем сразу, как только станет ясно, что их условия не приняты. И ты должен к такому известию приготовиться. Это убийство припишут тебе.
— Мне?!
— Что тебя удивляет? Это же элементарный ход. На большее наш Султанбаев не способен. Поэтому здесь, — Бакалов вынул из стола и положил перед Таштемиром магнитофонную кассету, — здесь все, что я предусмотрел и наговорил. В частности мое заявление, что к моей смерти ты не причастен.
Майор снова озабоченно взглянул на часы.
— Теперь о главном. Документы, которые я собрал, укомплектованы в два пакета. Первый получишь ты. Он находится в автоматической камере хранения в Койдале, на вокзале. Посылку туда помещал Калмыков Сергей Герасимович, мой друг, пенсионер. Ты с ним знаком. Постарайся позвонить ему сегодня. Он назовет две группы цифр. Первая — номер бокса. Вторая — код.
По тому, как Бакалов перешел к деталям предстоящего дела, капитан понял — время поджимает основательно.
— Для тебя зарезервированы билеты до Москвы в аэропортах Акжара и Кумкента. Как их получить, объясню. Когда и каким образом улетать оттуда, решишь сам. Помни — ты не простой пассажир. Будь предельно осторожен. Тебе предстоит ходить босиком по горячим углям, Таштемир, но ты этого пока не понял. Впрочем, может, и понял, но не почувствовал шкурой, что ли.
— Я видел, как ходят босиком по углям, — сказал Иргашев. — В Болгарии. Аттракцион такой…
— Для тех, кто наблюдает со стороны, это просто. Сам попробуешь — будешь иного мнения.
— Итак, я в Москве. — Иргашев вернул разговор в деловое русло. — Куда мне деваться с документами? В прокуратуру Союза?
Бакалов нервно сгреб подбородок в кулак и сказал с сомнением:
— Вряд ли это даст положительный результат. Ты сам знаешь — прокуратура на наших не замахнется. В первую очередь надо подключить к делу общественное мнение, прессу…
— Независимую или официальную?
— Ради бога, никаких независимых! — воскликнул Бакалов. — Чем больше газетчики кричат о своей независимости, тем страстнее они желают обратного. Нужно искать скандального журналиста. Вроде Невзорова. Короче, следует сперва создать фон, общественное мнение и лишь затем пускать в ход документы.
— Вы не доверяете Управлению по борьбе с организованной преступностью?
— Почему, там люди честные, но много идеалистов, вроде нас с тобой. Это факт. Им могут просто не дать заняться нашим делом.
— КГБ?
— Э, Таштемир! КГБ сейчас в положении старого мудрого кота. Он видит и слышит, как по ночам скребутся мыши, но прыгать на них боится. Чуть пошевелится — со всех сторон шипят: «А не тот ли это кот, что в тридцать седьмом ел белых мышей?!» — Я вас понял, Николай Александрович.
— Вот и чудесно. А теперь давай прощаться, сынок.
Бакалов встал, вышел из-за стола, подошел к Таштемиру. Положил ему руки на плечи и долгим взглядом посмотрел в глаза. Потом резко притянул к себе и обнял. Так же резко оттолкнул, спросил изменившимся голосом:
— Оружие есть?
— Прямо от вас зайду, получу.
— Нет, так не годится. Боюсь, наш план на этом и лопнет.
Майор выдвинул ящик стола, вынул оттуда пистолет Макарова, два запасных магазина и протянул Таштемиру.
— Владей. Кстати, оружие чистое. В баллистической экспертизе на него ничего. Теперь иди, да побыстрее, пока во внутреннем дворе нет никого.
Бакалов провел Таштемира в маленькую комнату, находившуюся рядом с кабинетом. Здесь стояла деревянная кровать с полированными спинками, невысокий буфет с чайным сервизом и маленький сервировочный столик на колесиках. Трудно сосчитать, сколько вечеров и ночей провел здесь Бакалов, не имея возможности из-за срочных дел уезжать из управления.
Пройдя к окну, майор показал Таштемиру на три дюбеля на раме решетки:
— Вытаскивай.
Тот стал подцеплять ногтем пузатые головки, пока решетка, скрипнув шарнирами, не открылась, как дверь. Открылась и тайна, о которой вряд ли кто знал в управлении.
Выбравшись наружу, Таштемир встал на карниз, а майор вернул решетку на место и снова вставил дюбели. Сделав широкий шаг, Таштемир ухватился за железную пожарную лестницу. Спустя минуту он прошел по внутреннему двору и оказался на задах хозяйственного магазина «1000 мелочей». Возле серого битого-перебитого в дорожных авариях пикапчика возился чумазый шофер.
— Салам, Алибек! — поздоровался Таштемир. Они были знакомы уже лет двадцать. — Подбросишь?
— Здравствуй, капитан. — Водитель выбрался из-под капота, вытер руки тряпкой и пригласил: — Садись, какой разговор.
— Нет, Алибек, ты меня упрячь в кузов. В кабине пусть завмаг ездит.
— Оперативная работа? — Алибек с пониманием поднял брови и открыл дверцы грузового короба. — Прошу, командир! Где высадить?
— Подвезешь к гастроному. Лучше со стороны хоздвора.
— Сделаем, капитан! — улыбнулся Алибек и приложил растопыренную пятерню к тюбетейке.
Пять минут спустя Таштемир вошел во двор магазина, заставленный деревянными ящиками и железными контейнерами. Пожал руку Алибеку и направился к телефонной будке, стоявшей на углу переулка.
Трубку сняли после третьего звонка.
— Сергей Герасимович? Здравствуйте. Я от Бакалова.
— Здравствуйте, — ответил глухой старческий голос. — Запомните. Тридцать семь. Пять. Шесть. Семь. Пять. Повторить?
— Спасибо, я запомнил.
— Минуточку, это еще не все. Для вас есть две интересные бумаги. Если сумеете — загляните ко мне.
— Сумею. Когда вам удобнее?
— В любое время. Я, знаете ли, домосед.
2
Начальник областного управления внутренних дел полковник Юсуф Салимович Султанбаев снял трубку телефона, стоявшего особняком на приставном столике, и резкими нервными движениями набрал номер.
Ждал, пока снимут трубку, нетерпеливо постукивая пальцем по бумажному листу, лежавшему перед ним.
Дождался ответа, изобразил улыбку, которая тут же погасла:
— Собиржон Кадырович? Султанбаев беспокоит. Ничего радостного. Связником оказался Иргашев. Да, тот самый капитан. Нет, Собиржон Кадырович, взять его не удалось. Да, не сумели. Сейчас разбираюсь, почему он ускользнул. Нам бы не мешало встретиться… Накопился ряд вопросов. Дело столь деликатное, что для их решения нужны ваши каналы…
Собеседник на другом конце провода что-то говорил полковнику, и тот слушал, все больше мрачнея. На лбу его заблестели крупные капли пота. Щеки, исчерченные сеткой морщин, глубина которых подчеркивалась густым загаром, нервно дергались. Видно было, что ему, человеку властному, знающему свою силу и возможности, непросто выслушивать то неприятное, что доносилось из мембраны.
— Да, Собиржон Кадырович. Хоп. Сделаем, Собиржон Кадырович. Приеду в девять, Собиржон Кадырович. Доложу лично. Хоп!
Положив трубку, полковник достал платок и вытер лоб. Несколько минут сидел, приходя в себя, потом вынул из стола мятный леденец и кинул его в рот: чертовски захотелось зажечь сигарету. Наконец, придя в себя окончательно, нажал кнопку вызова на селекторе.
Минуту спустя в кабинет вошел старший лейтенант Абдували Рузибаев — гигант, высокий, как минарет, и тяжелый, словно могильный камень, с кулаками, походившими на среднего размера дыни, с мясистыми щеками, блестевшими, будто медный таз для варки варенья. Откуда появился в управлении этот офицер и каковы его функции, никто толком не знал. Полковник знал и не особенно радовался, встречаясь с ним. Рузибаев представлял тех, кто постепенно овладевал безраздельной властью, и против его назначения в штат Султанбаев поделать ничего не мог: оно состоялось по приказу министра.
Подойдя к столу шефа, Рузибаев без разрешения уселся в кресло, достал сигареты, закурил. Но сигарета чем-то ему не понравилась и он выплюнул ее прямо на роскошный ковер, растер ботинком. Султанбаев следил за действиями старшего лейтенанта с тем же видом, с каким недавно говорил по телефону. В системе измерений, скрытой от чужих глаз, иерархия этих людей выстраивалась совсем в ином порядке, нежели ее определяли видимые всем погоны.
Рузибаев закинул ногу на ногу, раскурил новую сигарету и брюзгливо сказал:

Босиком по горячим углям - Щелоков Александр => читать онлайн книгу далее


Надеемся, что книга Босиком по горячим углям автора Щелоков Александр придется вам по вкусу!
Если так выйдет, то можете рекомендовать книгу Босиком по горячим углям своим друзьям, установив у себя ссылку на эту страницу с произведением Щелоков Александр - Босиком по горячим углям.
Ключевые слова страницы: Босиком по горячим углям; Щелоков Александр, скачать, бесплатно, читать, книга, проза, электронная, онлайн